Когда Аллах, да будет Он превознесён, упомянул об их блаженстве и полноте их радости: о яствах и питье, прекрасных супругах и добрых собраниях, — Он упомянул об их взаимных беседах, об обмене рассказами о прошлых делах и о том, что они продолжали разговаривать и расспрашивать друг друга, пока это не привело к тому, что один из них сказал: {Был у меня в мире товарищ}, который отрицал воскрешение и упрекал меня за то, что я верю в него. Он {говорил мне: «Неужели ты из тех, кто верит? Когда мы умрём и станем прахом и костями, неужели нас призовут к ответу и воздадут нам за наши деяния?»} [Коран: «Неужели ты из числа тех, кто верит? Когда мы умрём и станем прахом и костями, неужели нас будут судить?»]. То есть: как ты веришь в это далёкое дело, которое вызывает крайнее удивление, — в то, что когда мы разорвёмся на части и обратимся в прах и кости, нас воскресят, вернут и затем призовут к ответу и воздадут нам за наши деяния?! То есть обладатель сада говорит своим братьям: вот моя история и вот моё известие о мне и моём товарище. Я всё время был верующим и убеждённым, а он всё время был лжецом и отрицал воскрешение, пока мы не умерли, а потом не были воскрешены. Тогда я достиг того блаженства, которое вы видите и о котором нам сообщили посланники. А он, без сомнения, пришёл к наказанию. Поэтому {заглянете ли вы?} — чтобы посмотреть на него, и мы ещё больше возрадуемся тому, что имеем, и это будет увидено собственными глазами. По состоянию обитателей рая, по их радости друг за друга и по их согласию друг с другом очевидно, что они ответили ему на его слова и пошли за ним, чтобы взглянуть на его товарища. {И он заглянул} и увидел своего товарища {посреди ада}, то есть в самой его середине и в его глубинах, а мучение окружило его. Тогда он {сказал}, упрекая его за его состояние и благодаря Аллаха за милость, что Тот спас его от его козней: {Клянусь Аллахом, ты чуть не погубил меня}, то есть ты едва не погубил меня, введя меня, по твоему мнению, в сомнения, {и если бы не милость моего Господа}, укрепившего меня в исламе, {я был бы среди приведённых} вместе с тобой на мучение. {Разве мы не умрём, кроме нашей первой смерти, и разве не будем наказаны?} [Коран: «Разве мы не умрём, кроме нашей первой смерти, и не будем ли мы наказаны?»] [То есть: это говорит верующий, ликуя от милости Аллаха обитателям рая — вечного пребывания в нём и избавления от наказания; вопрос здесь имеет значение утверждения и подтверждения.] То есть он говорит своему товарищу, подвергающемуся мучению: неужели ты полагаешь, что мы умрём лишь одной первой смертью, и не будет после неё ни воскрешения, ни наказания? Что касается слов Его: {Они обратились друг к другу, расспрашивая один другого}, то здесь опущен объект действия, а обстановка — это обстановка наслаждения и радости. Это указывает на то, что они расспрашивают друг друга обо всём, чем получают удовольствие от рассказа, и о вопросах, по которым возникали спор и затруднение. Известно, что наслаждение людей знания от расспросов о знании и от исследования его выше удовольствий, которые бывают в беседах мирской жизни. Поэтому им в этом роде достанется обильная доля, и у них в раю возникнет от раскрытия научных истин то, что невозможно выразить словами. Когда Аллах, да будет Он превознесён, упомянул блаженство рая и описал его этими прекрасными качествами, Он восхвалил его и пробудил в тех, кто совершает деяния, стремление и побудил их к деланию, сказав: {Воистину, это — великое благополучие}, которое принесло им всякое благо и всё, чего желают души и к чему они стремятся, и которым от них отвращено всё запретное и отвратительное. Есть ли после этого успех, к которому стоит стремиться? Или это предел всех пределов и конец всех концов, когда на них снизошло довольство Господа земли и небес, и они возрадовались Его близости, наслаждаются познанием Его, услаждаются созерцанием Его и восхищаются Его речью? {Ради такого пусть трудятся трудящиеся} [Коран: «Ради такого пусть трудятся трудящиеся»]. Поэтому это более всего достойно того, чтобы на него тратились драгоценнейшие мгновения, и более всего заслуживает того, чтобы к нему устремлялись познавшие и разумные. Величайшая скорбь в том, что у благоразумного проходит какое-либо время, когда он не занят деянием, приближающим к этой обители. Как же тогда, если он движется со своими грехами к обители погибели?!